"..Внезапно, с то стороны Металлиста раздалось надвигающееся гудение автомобильных моторов. Он встал в окопе и увидел небольшую колонну приближающихся автомашин, постепенно сбавлявших скорость. Большой, черный открытый грузовик со стоявшими и сидевшими в кузове военными резко притормозил в десяти метрах от него. Его появление и приближение никак не отразилось на стоявших на дороге пяти или шести солдат и группы противотанкистов, все так же продолжавших настраивать свою треногу ПТУРа.+ — Кто такие?, — властно спросил один из стоявших на дороге. — Айдар! — хором прокричали сидевшие в кузове. Он резко вкинул автомат, привалился к брустверу и нажал на курок. Ничего не произошло. Оружие стояло на предохранителе. — Это Айдар!, — заорал он во всю силу легких и пересохшего рта, подумав, что только он услышал отвечавших и лихорадочно стал сбросывать планку прерывателя огня на средний, автоматический режим, но тугой ход предохранителя все никак не хотел ему подчиняться. — Кто? — как бы не веря услышанному переспросил стоявший. Да Айдар, бл*дь, — резко выкрикнул сидевший прямо за кабиной солдат и в нетерпении вскочил и махнул рукой, — Свои! Спрашивавший, прямо от живота, не пригибаясь, выпустил в «своих» длинную непрерывную очередь, и вслед за ним все остальные начали беспрерывно, со всех сторон палить в грузовик от чего сидевшие в кузове как бы замялись, и потрясенные, мешая друг другу на узком пятачке кузова сначало превратились в воющий, многорукий пестрый обезумевший клубок, а затем поспешно рассыпались на отдельные, еще живые мельтешащие части некогда единого, но истребляемого целого, пытаясь выпрыгнуть через высокие, нарощенные деревянные борта машины. В этот момент за ним раздался оглушительный, неожиданный хлопок ручного огнемета и оглянувшись на звук и увидев одного из своих, стоявшего с уже бесполезной трубой РШГ-2 он пропустил сам момент взрыва, ярким огненным мешком накрывшего и машину и всех, еще не успевших спешится айдаровцев. Несколько из них попадали на его стороне дороге и он, прямо через траву, длинными очередями стал стрелять по ползающим и бегущим фигурам. Тррра. Трра. Так вам суки. Так… Трра. Трра… — Сало Украине! — услышал он задорные крики стрелявших товарищей. — Героям сала! — поддержал он их и снова продолжил стрелять по уже не двигавшимся телам. В бой вступили и танк и бронемашина, отстукивая четкие пулеметные ритмы по невидимым для него целям. Сам бой, превратившийся уже в добивание, то затихал, на время перезарядки, то снова достигал своего пика и люди, как и он, уже начали палить по непросматриваемой противоположной обочине, из которой все еще доносились выстрелы и хлопки работавших подствольных гранатометов. Однако и там, в чахлой придорожной посадке, избиение уже подходило к концу, прервав ответную стрельбу серией столбов разорвавшихся ручных гранат. — Не стрелять! Не стрелять, Двое идут за пленными, не стрелять, блядь! Он опустил автомат и привалился к стене окопа. Хотелось пить..."
no subject
— Кто такие?, — властно спросил один из стоявших на дороге.
— Айдар! — хором прокричали сидевшие в кузове.
Он резко вкинул автомат, привалился к брустверу и нажал на курок. Ничего не произошло. Оружие стояло на предохранителе.
— Это Айдар!, — заорал он во всю силу легких и пересохшего рта, подумав, что только он услышал отвечавших и лихорадочно стал сбросывать планку прерывателя огня на средний, автоматический режим, но тугой ход предохранителя все никак не хотел ему подчиняться.
— Кто? — как бы не веря услышанному переспросил стоявший.
Да Айдар, бл*дь, — резко выкрикнул сидевший прямо за кабиной солдат и в нетерпении вскочил и махнул рукой, — Свои!
Спрашивавший, прямо от живота, не пригибаясь, выпустил в «своих» длинную непрерывную очередь, и вслед за ним все остальные начали беспрерывно, со всех сторон палить в грузовик от чего сидевшие в кузове как бы замялись, и потрясенные, мешая друг другу на узком пятачке кузова сначало превратились в воющий, многорукий пестрый обезумевший клубок, а затем поспешно рассыпались на отдельные, еще живые мельтешащие части некогда единого, но истребляемого целого, пытаясь выпрыгнуть через высокие, нарощенные деревянные борта машины. В этот момент за ним раздался оглушительный, неожиданный хлопок ручного огнемета и оглянувшись на звук и увидев одного из своих, стоявшего с уже бесполезной трубой РШГ-2 он пропустил сам момент взрыва, ярким огненным мешком накрывшего и машину и всех, еще не успевших спешится айдаровцев. Несколько из них попадали на его стороне дороге и он, прямо через траву, длинными очередями стал стрелять по ползающим и бегущим фигурам.
Тррра. Трра.
Так вам суки. Так…
Трра. Трра…
— Сало Украине! — услышал он задорные крики стрелявших товарищей.
— Героям сала! — поддержал он их и снова продолжил стрелять по уже не двигавшимся телам.
В бой вступили и танк и бронемашина, отстукивая четкие пулеметные ритмы по невидимым для него целям. Сам бой, превратившийся уже в добивание, то затихал, на время перезарядки, то снова достигал своего пика и люди, как и он, уже начали палить по непросматриваемой противоположной обочине, из которой все еще доносились выстрелы и хлопки работавших подствольных гранатометов. Однако и там, в чахлой придорожной посадке, избиение уже подходило к концу, прервав ответную стрельбу серией столбов разорвавшихся ручных гранат.
— Не стрелять! Не стрелять, Двое идут за пленными, не стрелять, блядь!
Он опустил автомат и привалился к стене окопа.
Хотелось пить..."